Известия плохие портят жизнь
Иль попросту— «выматывают нервы».
Два дня назад нам сообщил министр
О том, что в Мариуполе холера.
Мы покидали город потому,
Что были на руках давно билеты,
Но радовались счастью своему—
Холера ведь была не в нас, а где-то.
Весомый повод? Очень может быть!
Мы на неделю станем осторожней
И с Гигиеной обвенчаем Быт,
Но в остальном - вопрос довольно сложный.
Отец болезней – первородный грех.
Он пережил мутаций миллионы.
—Непостоянен «медиков» успех!-
Себе в усы смеются «вибрионы»
Коварства, мести, злобы, клеветы.
Мы против смерти, против хвори лютой,
Но мы, увы, и против чистоты;
Со смертью грязь не связана как будто.
Холеры нет! Нет тифа! Нет чумы!
И мы вздохнули: «Всё не так и плохо»…
А, может, рано радуемся мы,
Сосуществуя с палочками Коха?
У нас мораль и нам не страшен ВИЧ?
Возможно ! Но сурова жизни проза.
Без чистоты, здоровья не достичь
Тебе и мне; и это — не угрозы.
Где чистота – бывает меньше тризн.
Господь нас к очищенью призывает.
Известия плохие портят жизнь?
А, может, просто к разуму взывают?
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Поэзия : 1) "Красавица и Чудовище" 2002г. - Сергей Дегтярь Это первое признание в любви по поводу праздника 8 марта Ирине Григорьевой. Я её не знал, но влюбился в её образ. Я считал себя самым серым человеком, не стоящим даже мечтать о прекрасной красивой девушке, но, я постепенно набирался смелости. Будучи очень закомплексованным человеком, я считал, что не стою никакого внимания с её стороны. Кто я такой? Я считал себя ничего не значащим в жизни. Если у пятидесятников было серьёзное благоговейное отношение к вере в Бога, то у харизматов, к которым я примкнул, было лишь высокомерие и гордость в связи с занимаемым положением в Боге, так что они даже, казалось, кичились и выставлялись перед людьми показыванием своего высокомерия. Я чувствовал себя среди них, как изгой, как недоделанный. Они, казалось все были святыми в отличие от меня. Я же всегда был в трепете перед святым Богом и мне было чуждо видеть в церкви крутых без комплексов греховности людей. Ирина Григорьева хотя и была харизматичной, но скромность её была всем очевидна. Она не была похожа на других. Но, видимо, я ошибался и закрывал на это глаза. Я боялся подойти к красивой и умной девушке, поэтому я общался с ней только на бумаге. Так родилось моё первое признание в любви Ирине. Я надеялся, что обращу её внимание на себя, но, как показала в дальнейшем жизнь - я напрасно строил несбыточные надежды. Это была моя платоническая любовь.
